Сегодня в Северодонецке
(газета "Третий сектор", on-line — приложение)
» Личности Северодонецка
версия для печати

Война и мир Сергея Кравченко

 


Мне жалко той судьбы далекой,
Как будто мертвый, одинокий,
Как будто это я лежу.
Промерзший, маленький, убитый


На той войне незнаменитой,
Забытый, маленький лежу.


Александр Твардовский


Двадцатое столетие было ознаменовано и сильнейшими военно-полити­ческими потрясениями, вызванными двумя мировыми войнами, и огромными научно-тех­ническими свершениями, изменившими мир. Во главе коллекти­вов, совершивших эти изменения, стояли выдающиеся люди – Люди с боль­шой буквы. Их было не­много, но тем важнее результаты их идей и усилий, воплощённые в жизнь под их руководством.  Кто-то из них стал знамени­тым при жизни (например – В.М.Глушков); кто-то (как С.П.Королёв), оставался в тени всю жизнь, а широкое признание заслуг пришло уже после смерти; о ком-то не­справедливо забыли (как за­были героя А.Т.Твардовского). И наш долг – в том, чтобы помнить... Одному из таких Людей – замечательному человеку, выдающемуся инженеру и орга­низатору Сергею Павловичу Кравченко посвящён этот очерк.

Начало пути. Родился Сергей 12 февраля 1924 года в слободе Уразово Валуй­ского уезда Воронежской губернии (с 1928 года – райцентр,  ныне – посёлок Валуйского района Белгородской области) в семье Павла и Анастасии Кравченко. Отец был рабочим-металлистом на механическом за­воде, мать – домохозяйкой. Восемь лет спустя в семье родился второй ребёнок – дочь Александра. Там, в Ура­зово, прошли нелёгкие детство и юность Сергея (как и большинства сверстников), там он окончил в 1941 году сред­нюю школу на «отлично» и начал трудовую дея­тельность. И не кем-нибудь, а корректором уразовской районной газеты «Путь Ле­нина» (работа корректора не заметна читателям, но требует большой грамотности, результаты работы хорошего корректора – не видны, а вот плохого – «режут глаз» читателям).


Война. В родном Уразове юношу застала страшная война. Сначала (ещё до войны) – тревожные информационные сводки о: гражданских войнах в Испании и Китае; о боях на Хасане, Халгин-Голе и их участниках, самых первых дважды Героях Со­ветского Союза С.И.Грицевце и Г.П.Кравченко (Просто однофамилец нашего ге­роя, но какой – обладатель «Золотых звёзд» №120 и №1/ІІ, так как С.Грицевец не успел получить свои «Звёзды», погиб через две недели после Указа Пре­зидиума ВС СССР от 29.08.1939, при подготовке «освободительного похода».  В будущем, самому Сергею придётся служить недалеко от Хасана и воевать южнее реки Ялу­нцзян, а затем, сорок лет работать в системе Минхимпрома - Минудобре­ний СССР, находившегося в Москве на ул. Грицевца, ныне – Большой Знаменский пе­реулок, и т.д.); о начале Второй мировой и «освободительном походе» (1939) в союзе с Гитлером; трагиче­ской «зимней войне» (1939-1940) против Финляндии; затем, после нападе­ния Гит­лера на СССР, летом 1941 – уход на фронт отца (провоевал полтора года и погиб в начале 1943 году под Сталин­гра­дом); потом – гитлеровская оккупация; а после возвращения Красной Ар­мии в 1943 году – при­зыв на военную службу и участие в боевых действиях. Фронтовые тя­готы, лише­ния, ранения, плен – все это с лихвой выпало на долю рядового Сергея Кравченко. Он участвовал в освобождении Украины, дошёл до Бер­лина, был награждён медалью «За победу над Германией».

Но и после окончания Второй мировой войны Красной армии были нужны та­кие солдаты как Сергей: добросовестные, инициативные, умные и образованные. По­этому его служба продолжалась ещё  восемь долгих лет. Многое менялось для ря­дового Кравченко за эти годы.

Разведчик 113-го стрелкового полка 2-го Украинского фронта, рядовой С. Кравченко (1945).

Менялись воинские части: 182-й стрелковый полк 66-й гвардейской стрелковой дивизии 3-го Украинского фронта; 113-й стрелко­вый полк 2-го Украинского фронта; тот же полк Львовского военного округа, ныне – Западное оперативное командование МО Украины; 670-й артполк того же округа; 151-я авиадивизия Приморского военного округа (далее в тексте – ПрВО), ныне – КДВО РФ; авиационно-техническая дивизия 64-го отдель­ного истребительного авиакорпуса МО СССР, далее в тексте – Атд 64-го Иак.

Менялись воинские звания от рядового до старшего сержанта и военно-учётные специаль­ности.

Менялись места боёв и службы: Украина, Германия, вновь Укра­ина, Примо­рье РФ, северо-восток Китая и север Кореи.

Сменилось даже название армии – из Красной она стала Советской.



Неизменным оставалось иное: главная задача (добывание специальной ин­фор­мации и её рациональное использование); средство её выполнения (освоение новой техники); инициативное и добросовестное исполнение. Так было в армии (в раз­ведке, сначала – общевойсковой, затем – артиллерийской; далее – ра­диотехниче­ской, в т.ч. – радиоло­кационной авиаслужбе), так было и позже – в мирной жизни.


В 1950 году относительно мирная послевоенная служба сменилась новой, не менее страшной, хотя и «незнаменитой» ныне войной – Корейской (1950-1953 годы).Спустя три десятилетия С.П. Кравченко скупо вспоминал: «Наши радиолокационные станции (РЛС) на той войне были «одноразовыми». Они, хотя и были достаточно надёжными, но выдерживали лишь один выход в эфир. Мы «засекали», т.е. обнаруживали самолёты противника (войск ООН: амери­кан­ских; австралийских; британских; канадских и т.д.), наводили на цели наши истребители ЛА-11, ЯК-9 и МИГ-15, но, тем самым, рас­кры­вали себя противнику. Через несколько минут вражеские штурмовики и бом­барди­ровщики (небольшие: наземного базирования F4U «Корсар»  Корпуса морпехов США, палубные американские AD-1 и британские F.Mk.IV «Fairey Firefly»; средние В-26, а, бы­вало, стратегические В-29 ВВС США) нале­тали на РЛС и уничтожали и её, и пер­со­нал. Если же оператор остав­лял РЛС и успевал спрыгнуть в «щель» (укрытие) до начала бомбёжки, он в тот же день шёл под трибунал с неиз­менным приговором – расстрел. Поэтому приходилось выбирать между двумя смер­тями: либо от американ­ских бомб, либо от советских пуль. В результате – смерт­ность радиомехаников (операторы РЛС) в радиобатальонах Атд 64-го Иак в северокорейском тылу была выше, чем в стрелковых батальонах (пехота) на передовой во время боев с гитлеровцами».


И вновь Сергей добросовестно и умело воевал три года, выжил «на той войне незнаменитой», был повышен в должности (назначен начальником ди­визионных радиомастерских), награждён медалью «За освобождение Кореи». В 1953 году за­кончилась война и 29-летний старший сержант срочной службы Кравченко (уже отец двух дочерей) был уволен в запас.

Мир.  К тому времени овдовевшая Анастасия Степановна Кра­вченко вместе с дочерью Александрой перебрались жить поближе к родственникам мужа – в г. Верхний Ли­сичанского района (ныне этот город вошёл в состав г. Лисичанска Лу­ганской области). Демобилизованный  старший сержант решил начать новую жизнь там, где в крошечном домике жили мать с младшей сестрой. Они и при­ютили сына и брата, невестку и двух малышек: Люду и Алю, 7 и 3 лет соответ­ственно. А на работу, на Лисичанский химкомбинат (ЛХК) приходилось ходить пешком (изредка удавалось подъехать в кузове грузовика).

Было обещано, что это будет недолго и молодая семья «скоро» получит соб­ственное жильё в посёлке Северодонецк (до 1950 года – Лисхимстрой) Лисичанского района. Но «скоро» затяну­лось на годы.

И семья Кравченко самостоятельно перебралась жить поближе  к ЛХК, купив вскладчину с мамой и сестрой небольшой дом на центральной улице Лисичанска –  Комсомольской, но не в самом центре (там дома стоили намного дороже). Длина ежедневных пеших переходов (14 км утром и 14 км вечером)  Сергея сократилось  почти вдвое. Правда, значительная часть маршрута теперь приходилась на утрен­ний спуск вниз, с Оленьих гор (на ко­торых стоит Ли­сичанск), и на вечерний подъём. Только годы спустя (1958) семья Кравченко, состоя­щая из четырёх че­ловек, получила одну ком­нату в трёхкомнатной коммунальной квартире на улице Горького в Лисхимстрое-Северодонецке, который ещё че­рез че­тыре года стал го­родом Северодонецком Луганской  области.

На предприятии старшему сержанту пришлось вновь стать рядовым – слесарем 5-го разряда по ремонту приборов расхода в соответствующей ма­стерской цеха КИП ЛХК. В мирной жизни (как и военной) незаурядные ка­чества  Сергея прояви­лись очень быстро. Уже через несколько месяцев, 5 но­ября 1953 года, в новенькой трудовой книжке с единственной записью о при­ёме на работу, появилась ещё одна, в разделе «Сведения о поощрениях и награждениях» – под №1: «За достигнутые высокие производственные пока­затели в предоктябрьском соцсоревновании объяв­лена благодарность и награждён почётной грамотой».

В будущем, в этот раздел будет внесено ещё 93 записи, для чего кадрови­кам





потребовалось вклеить ещё пять тетрадок трудовых книжек. А вот в раз­дел «Све­дения о работе» очень короткий: запись 1953 года о приёме на ЛХК дополнилась спустя четыре десятилетия ещё одной – об увольнении.


Изменялись лишь названия того же самого предприятия (с 1966 года – Северо­донецкий химкомбинат, с 1975 года – СПО «АЗОТ», ныне – ЧАО «Северодонецкое объединение «Азот», далее в тексте – Азот) и должности.

Его пытливый ум, глубокие знания, добросовестное и инициативное  отноше­ние к работе не оставались незамеченными.

В 1954 году он был назначен механиком, три года спустя – техноруком (заме­стите­лем начальника цеха), затем (1959) – начальником цеха, наконец, за­местите­лем главного инженера ЛХК (1961).

Единственным заместителем главного инженера по автоматике в истории пред­прия­тия (эту должность несколько раз переименовывали: спустя семь лет она стала называться «главный приборист СХК»; с 1988 года – «главный метролог СПО «Азот»). Но первое название должно­сти лучше всего отражало суть многогранной деятельно­сти нашего героя.

Молодой руководитель упорно учился: очень много читал, занимался са­мооб­разованием, хотя это было и нелегко для семейного человека, затем успешно окончил в 1960 г. Рубежанский химико-механический техникум (его Северодонецкое вечернее отделение, ныне – Северодонецкий химико-механический техникум).



Преподаватель профильных дисциплин А.А. Ново­хатний (успевший повоевать на том же, что и Сергей, 3-м Украинском фронте, окончить Львовский политехниче­ский институт, поработать инженером и начальником цеха КИП  НПЗ в Гроз­ном и ведущим инженером Лисичанского филиала СКБ-245) вспоминал спустя полвека: «Сту­дент Кра­вченко далеко превосходил своим опытом и знаниями своих сокурсни­ков и многих препода­вателей. Поэтому я освободил его от занятий и сдачи экзаменов».

Но сам С. Кра­вченко себе осво­бож­дения не давал, не ограничился получением диплома техника-механика, а всю жизнь про­должал учиться сам и щедро делиться своими знаниями с окружаю­щими.

Кто-то может сказать: «Всего лишь техникум окончил, какой из него инженер, да ещё выдаю­щийся?». Но так может сказать лишь тот, кто не знал таланта С.П.Кравченко и судеб других самородков той поры. Некоторые и вовсе не имели фор­мального образования. Но, это не помешало некоторой, наиболее удачливой, части из них стать именитыми, знаменитыми, выдающимися и великими (существовала в СССР такая иерархия).

Приведу лишь два примера таких судеб:

старший сержант Советской армии М.Т.Калашников, не окончил ни школу, ни ВУЗ, но, по праву, стал великим инженером (создатель семейств АК-47, АК-74 и т.д.), доктором наук, дважды Героем социалистического труда, лауреатом Сталинской и Ленинской премий;

Яков Борисович Зельдович не окончил ни школу, ни ВУЗ, но, по праву, стал великим учёным (соавтор расчёта цепной реакции деления урана; автор теорий детонации, энергии квазаров, «гарячей» плазмы в расширяющейся Вселенной и т.д.), доктором наук, членом АН СССР, трижды Героем социалистического труда, лауреатом четырёх Сталинских и одной Ленинской пре­мий.

А  старший сержант Сергей Кравченко, хоть и не стал академиком, лауреатом и т.д., но стал Инжене­ром. Да ещё успел создать соб­ствен­ную инженерную шко­лу и воспитать за четыре десятилетия целую плеяду талантливых инжене­ров-руко­во­дителей творче­ских коллективов, таких как: И.Г.Асколков; Б.И.Ба­кай; В.П.Бакла­нов; В.И.Бешанов; К.Ф.Блинов; В.Е.Божич; А.С.Болгарев; Т.М.Бри­зе; Ю.С.Буго­слав­ский; В.М.Голо­бо­ков; В.С.Го­ло­вин; И.К.Дегтярёв; В.Н.Дро­бинкин; М.Н.Жу­кова; С.П.Ка­ленюк; Н.С.Ка­ут; Г.И.Кон­стантинов; В.А.Куличенко; А.И.Махортов; В.И.Мо­исеенко; Б.Н.Му­шинс­кий; П.И.На­бокин; С.С.Никишаев; Т.Ф.Осипова; Н.И.Па­лий; Ю.И.Пе­тров; Г.Г.Пи­ляев; К.А.Пу­зик; В.Я.Силкин; Л.П.Синягов­ская; А.С.Скля­ревский; В.А.Соко­ленко; В.Ф.Супругов; Н.Ф.Суржан; В.Г.Усов; Н.И.Це­гель­ник; В.Ф.Черны­шёв; В.Т.Ша­повалов и мно­гие другие. Они продолжили дело Учителя, в т.ч. – воспитание собственных учеников.

По его инициативе и под его непосредственным руководством ЛХК был осна­щён



измерительной техникой; были разработаны, внедрены и освоены первые (ещё локальные) автоматические регуляторы технологических про­цессов и выполнена (специалистами ОКБА совместно с заказчиком) диспетчеризация первых цехов Азота (по производству амселитры и слабой азотной кислоты, 1958-1961).

Активное участие в этом принимали Лисичанский филиал ГИАП (позднее – СФ ГИАП, НИПИ «Химтехнология», далее в тексте – ГИАП) и Лисичанский участок строительно-монтажного треста «Химконтроль» (позднее – Северодонецкое СМУ-436 «Химавтоматика» треста «Промэнергоавтоматика», да­лее – СМУ-436), созданные во исполнение постановления Совмина СССР «Об ускорении строительства Лисичанского химического комбината» от 14 апреля 1949 г. за № 1456-524ф.

Важной вехой («исторической» – по словам самого С.Кравченко) на подступах к локальной диспетчеризации и автоматизации  производства стали 1956-1957 годы. Тогда, по инициативе директора Азота Г.И.Вилесова, при ак­тивном содей­ствии начальника В.К.Мамыченко, технорука Л.И.Журавского и механика цеха КИП С.П.Кра­вченко, на промплощадке предприятия были созданы и начали рабо­тать Лисичанские филиалы мос­ковских ОКБА (Приказ Минхимпрома СССР от 22 апреля 1956 г. за № 275) и СКБ-245 (приказы от 15 и 29 августа 1956 г. за №№ 165, 169/к Минприбора СССР, лишь полгода назад, выделенного из Минмашприборстроя). Цех КИП поделился с новыми союзниками половиной своего «громадного» корпуса № 172 площадью менее 80 кв. м (корпус сохранился до­ныне). Позднее филиалы выросли, соответственно, в Севе­родонецкое ОКБА НПО «Химавтоматика» и НИИУВМ, а затем – НПО «Импульс», далее в тексте – ОКБА и Имульс.

Десять лет спустя, по инициативе Ф.П.Мошкова, при активной поддержке дирекции Азота (В.П.Егоров, С.П.Кра­вченко), был создан ещё один союзник – Севе­родонецкий участок треста «Энергоремонт» (г. Москва), позже – предприятие «Энергохимремонт», затем – ПО «Укрхимремонт» (далее – ЭХР).

Впоследствии, слаженная работа неформального научно-производственного объедине­ния (НПО) под руководством С.П.Кравченко обеспечила пе­реход от локальных средств измерения и регулирования к комплексной автоматизации технологиче­ских процессов и диспетчеризации про­изводства Азота в целом.

Такое НПО юридически ни­когда не существовало, но было реальностью и состо­яло из службы автоматизации «Азота» и соответствующих подразделений: ГИАП (А.И.Мастеров, А.Д.Буш, С.А.Коган, Е.Ф.Мажара и др.); ОКБА (В.И.Да­ман­ский, И.М.Ки­силь, Ю.И.Пи­воваров, С.М.Хаймс, В.А.Уляев, А.И.Шарнополь­ский и др.); Импульса (А.А.Ново­хат­ний, М.М.Галочкина, Т.И.Ли­манский, В.В.Резанов и др.); СМУ-436 (И.А.Цешков­ский, Ю.П.Асе­ев, П.В.Михаль­чук, Ф.П.Мошков и др.); ЭХР (Ф.П.Мош­ков, В.Г.Корж, А.И.Попов и др.).

Уже в ХХІ веке, его ученик и преемник, начальник цеха КИП Азота (1962-1997) Ю.С.Бугославский вспоминал: «Имея уникальный ум, широкие и глу­бокие техни­ческие знания, богатый жизнен­ный, фронтовой и производ­ственный опыт, он пре­красно знал техноло­гические процессы всех цехов, особенности работав­ших там людей, и при возникнове­нии какой-либо не­штатной ситуа­ции на производ­стве помогал опера­тивно найти причину не­поладок и устранить их. Его трудно было ввести в заблужде­ние, он был справедлив и оди­наково требователен ко всем.  Он вос­питал огромное количество учеников».

Работы по автоматизации производственных процессов шли успешно и на та­ком высоком техническом уровне, что по инициативе руководства ЛХК (В.Ф. Го­гин, П.В.Сичков, С.П.Кравченко), поддержанной Минхипромом, Совмин СССР принял Постановле­ние «О признании Лисичанского химического комбината образцово-показатель­ным предприятием по автома­тиза­ции» от 11 января 1962 года. Всё это сделало Азот флагманом ав­томатизации всей химической промышленности СССР. Совет Мини­стров СССР принял постановле­ние от 11 января 1962 года о признании Лисичанского химического комбината образцово-показатель­ным предприятием по автома­тизации. Это позволило ускорить развитие ав­томатизации не только ЛХК, не только химической, но и нефтехимической, энергетической отраслей СССР.

За три следующих десятилетия Сергеем Павловичем и его учениками, по его научно-техническим идеям и с его непосредственным участием, были:

  • Разработаны и изготовлены: расходомеры перемен­ного перепада с унифицированным  выходным пневматическим сигналом, внед­рены в производстве крепкой азотной кислоты; отсечные, регулирующие и дроссе­лирующие клапана, в т.ч. – для сред высокого давления, внедрены в цехах конвер­сии метана, синтеза аммиака и метанола (пер­вые в стране, 1962-1964).

  • Разработаны и изготовлены расходомеры высокого дав­ления РПДВ-320, РЭДВ-320 (пер­вые в стране, 1964-1966), внедрены в производствах амми­ака, карбамида и метанола.

  • Доработана и внедрена (первая в отрасли, 1963-1966) система автома­тизированного учёта основных технологических параметров про­извод­ства ам­миака «Автодиспетчер-2» (разработана в Импульсе).


Вот, что вспоминает (спустя полвека) один из ведущих разработчиков «Автодиспетчера», к.т.н. Ю.Щербашин: «При внедрении большую роль сыграл талантливейший организатор Сергей Павлович Кравченко. Он, как и его двойной тёзка, Королев, ЕЖЕДНЕВНО обходил все проблемные участки, тут же ставил киповцам оперативные задачи, без всяких конструкторов набрасывал схему КИП и электромеханики. «Автодиспетчер», вывезенный на площадку в 1961 году, не пошёл из-за низкой надёжности источников питания на вакуумных радиолампах ГУ-50. Промучились 2 года, и тогда, В.В.Резанов с С.П.Кравченко решили его модернизировать, заменив электронную часть на ЭВМ УМ-1. Оставили только знаменитую мнемосхему и телемеханику сбора данных из цехов. Так возник «Автодиспетчер», который успешно работал в аммиачном производстве».

  • Освоены и внедрены радиоизотоп­ные при­боры для изме­рения параметров технологических процес­сов (первые в отрасли, 1964-1966).

  • Доработана и внедрена (первая в отрасли, 1965-1967) автоматизированная система управления технологическими процессами (АСУ ТП) в цехе слабой азот­ной кислоты, на базе ЭВМ УМ-1 (разработана и изготовлена в Импульсе).

  • Разработаны, изготовлены и внедрены (пер­вые в отрасли, 1969-1970) гидродина­миче­ские расходомеры, для измерения вязких и загрязнён­ных сред. Они  нашли широкое про­мышленное приме­нение в отрасли, экспонирова­лись на ВДНХ СССР, а их создатели были награждены бронзовыми медалями ВДНХ (в их числе – С.П.Кравченко).

    • Разработаны, изготовлены и внедрены: промыш­ленный хроматограф „Гамма-2” (пер­вый в отрасли, 1971) для определения концентраций углеводородов в производстве крип­тона; промышлен­ный криохро­мато­граф „Микро-2” (первый в мире, 1972-1973) для определения микроконцентра­ций углеводоро­дов в производстве кисло­рода. Научная новизна и актуальность этих разработок была закреплена публикацией в сборнике докладов Научного со­вета по хроматографии АН СССР.

    • Созданы центральный диспет­черский пульт (ЦДП) и вы­числи­тель­ный центр предприятия (ИВЦ, ныне – ДИТ). Доработана и внедрена (первая и единственная в отрасли, 1971-1973) автоматизиро­ванная информационно-теле­метрическая система производствен­ного учёта «Каскад-2» (принципиально новая система учёта ключевых па­раметров в десятках це­хов предприятия, включавшая в себя: технические средства, разработанные в ОКБА по техзаданию Азота; уникальный, единственный в стране, интегратор, разработанный и изготовленный ИВЦ; центральной ЭВМ Минск-32, производства Минского радиозавода им. Серго Орджоникидзе, позже – М-6000, затем, СМ-2М, обе – производства Импульс). Дей­ствующий макет системы экспонировался на Выставке до­стижений народного хозяй­ства (ВДНХ) СССР в Москве, авторы (в их числе – С.П.Кравченко) – награж­дены золотыми медалями ВДНХ.

    • Налажен, пущен и выведен на проектную мощность первый отечествен­ный крупнотоннажный агрегат по производству аммиака (1975-1976), что позво­лило позже повторить этот успех на десятках предприятий МХП СССР (от Гродно в Беларуси и Ионавы в Литве до Березников и Кемерово в РФ и Мары в Туркмении).

    • Доработаны и введены в эксплуатацию АСУ ТП крупно­тоннажными производствами: полиэтилена высокого давле­ния (1977, си­стема разработана в Германии); кислот уксусной (1980-1982, система разработана в США) и себациновой (1987, разработана Имульсом); амми­ака (1989, система в режиме НЦУ, разработана в Нидер­ландах-США). Особо отмечу, что американская система уксусной кислоты, которую освоил, усовершенствовал и включил в работу в супервайзерном режиме творче­ский коллектив Азота, стала первой в от­расли, позво­лившей реально оптимизировать процесс произ­водства, вывести цех на проектную мощность и даже пре­высить её.

    • Не менее важной вехой стал отказ (1987) от очередного, уже треть­его по счёту, переоснащения некогда первой в отрасли, морально уста­ревшей, АСУ ТП в цехе слабой азотной кислоты, которому оставалось работать пять-шесть лет, и её за­мены средствами ло­кальной автоматики. Это выверенное технико-эконо­мическое решение сэко­номило несколько миллио­нов рублей единовременно, сотни тысяч рублей еже­годно и позволило цеху-вете­рану доработать отпущенный срок без сни­жения уровня автома­тизации техно­логического процесса.




В целом, научно-техническое творчество С.П. Кравченко было оценено бронзо­вой, серебряной и пятью золотыми медалями ВДНХ СССР, десятками авторских свиде­тельств СССР на изобретения.

А ещё Сергей Павлович успел воспитать трёх дочерей: двух приёмных и одну родную (в 70-х годах жена Клавдия Семёновна умерла, а С.П.Кравченко женился на Зинаиде Владимировне Герман, с которой они прожили четверть века и вырас­тили её дочь от первого брака Наташу). Десятилетия спустя его родная дочь Аль­бина Сер­геевна рассказала: «Отец всегда был добр к нам, дочерям, но строго следил за тем, чтобы став взрослыми, работали «как положено», не взду­мали «прикры­ваться» отцовским именем и влиянием». А ещё он научил, что уходить (не только из гостей, но и с высоких постов) нужно не  тогда, когда гонят, а когда ещё уговаривают остаться».

Огромной была роль С.П.Кравченко в становлении автоматики на Азоте и род­ственных предприятиях химии, нефтехимии и т.д. Не меньшей она была в разви­тии основных научно-технических партнёров Азота в деле автоматизации – таких, как: всесоюзные ГИАП и НПО «Химавтоматика» Минхимпрома СССР, их северо­донецкие филиалы (ГИАП и ОКБА); киевский КИАП; харьковские: ОКБ «Тепло­автомат», ОКБА, СКБ САУ; ХарьковКИП и Северодонецкий Импульс.

Вот как оценил эту роль создатель и многолетний руководи­тель (1959-1988) Им­пульса, лауреат Государствен­ной премии УССР, к.т.н. А.А. Но­во­хатний: «Мы охотно приглашали на заседания техсовета Импульса С.П.Кра­вченко, человека с да­ром стратегического технического прогнозирования, и очень ценили его реко­мендации».

Автору посчастливилось большую часть полувеко­вого трудового стажа (тридцать лет) проработать в службе автоматизации Азота с незаурядными людьми, у ко­торых многому научился.

Так, слесаря-наставники П.И.Набокин и Н.А.Бондарев научили подростка держать инструменты в руках; мастер В.И.Варламов – первым азам работы с людьми; инженер-хроматографист Р.Д.Гребенко – особенностям хроматографии и очень доброму отношению к людям; зам. начальника цеха КИП Г.И.Ля­пин – некоторым тонкостям делопроизводства и важному научному-техни­ческому принципу «Лучшее – враг хорошего» (то есть – нужно доводить хо­рошую раз­ра­ботку до конца и, лишь затем, браться за её улучшение); начальник отделения ав­томатизации Н.И. Цегельник – наладке автоматических систем регули­рования и необыкновенной доброжелательности в отноше­ниях с подчинёнными; мастер И.Г.Асколков – крестьянским рассудительности и основательности; мастер Н.С.Ка­ут – наладке каскадных регуляторов и отваге обгонять на горбатом «Запорожце» автоколонну высо­кого начальства на «Ладах» и «Волгах»; заточник Е.В.Громова, токарь В.В.Род­штейн и мастер Б.З.Клунный – некоторым азам технологии обработки металлов и высокой духовности; начальник цеха КИП Ю.С.Бугославский – важным приё­мам кадрового менеджмента и необходимости всегда защищать подчинённых; зам. начальника цеха 1-А В.Н.Дробинкин – особенностям организа­ции работы службы КИП на крупнотон­нажных агрегатах и философскому подходу к делу; зам. глав­ного инженера А.Р.Букаров – главным командным словам совет­ского руководителя: «Когда и по­чему? Почему до сих пор не сделано?! Когда, сукины дети, сделаете?!» и абсолют­ному отказу от этих «чудо-слов» в его собственной практике; начальник цеха 1-Б и будущий директор Черкасского «Азота» и Горловского «Стирола» А.Н.Воловиков – принципу «Прежде чем куда-нибудь лезть, подумай – как выле­зешь»; начальник цеха 1-А, затем – руководитель группы советских специалистов на Кубе и будущий главный инженер «Азота» в Россоши (РФ) В.П.Гапон – важным приёмам кадрового менеджмента,  крылатой фразе «Странный народ – эти рус­ские» и огромной заботе о подчинённых; главный инженер И.В.Волохов – взве­шенному подходу к проблемам и к людям; аппаратчик и начальник цеха 1-Б, а затем – первый зам. Северодонецкого городского головы Ц.И.Шумляков­ский – тому, как создавать команду, как, очень по-доброму, под­держивать её работоспособ­ность, как приходить на помощь коллегам и друзьям в трудную минуту.

За четверть века работы в непосредственном контакте с С.П.Кравченко,  научился лично у него очень многому. С гордостью называю его своим Учителем. Осме­люсь поделиться частью собственных воспоминаний о Человеке, которому очень многим обязан.

Большинству своих подчинённых (численность службы автоматизации «Азота» достигала, порой, тысячи человек) Сергей Павлович казался человеком суровым и угрю­мым. Таким он показался и мне (при первом нашем знакомстве).

Но позже понял, что суровый вид – это результат огромной занятости, не­смотря на которую Сергей Павлович очень доброжелателен ко всем, в том числе и к молодым специалистам, готов всегда уделить время для решения сложных тех­нических вопросов. Он готов не просто поставить узкую задачу исполнителю, а раскрыть проблему в целом, да ещё и  наделить свежими номерами журналов со статьями нужной тематики. На его рабочем столе всегда было множество журналов («Автоматика и теле­механика», «Измерительная техника», «Метрология», «Химическая промышлен­ность» и др.), каталогов и монографий. Находились они там не для антуража, а для работы, он пристально следил за новыми разработками учёных, конструкторов и коллег-практиков.

А вот иной пример, и тоже очень поучительный.  Морозной зимой 1977-1978 го­дов в цехе 1-Б произошла серьёзная авария, для устра­нения которой требовалось пять-шесть суток и ещё шесть-семь суток для последу­ющего пуска цеха. Через полчаса в помещении центрального пульта управления цеха (ЦПУ) вошли главный инженер и его заместитель по автоматике (главный прибо­рист). Быстро разобра­лись в ситуации и главный инженер В.И.Вячеславов организо­вал миништаб по ликвидации аварии в комнате мастеров КИП цеха 1-Б (единственном подходя­щем помещении рядом с ЦПУ). В неболь­шой комнате  собрались: главный инженер; главный приборист; начальник, механик и энергетик цеха 1-Б; на правах хозяев присутствовали и три мастера КИП (два цеховика и автор этих строк). В.И.Вя­чеславов выделил глав­ное - начал с того, что за время ремонтных работ цех превратится в сплошную со­сульку-айсберг, а пуск придётся отложить до мая. Поэтому ещё до начала ремонтных ра­бот необходимо не допустить замерзания оборудования. Он начал отдавать указания, лаконичные и чёткие (почти военные).



Главному прибористу он приказал срочно проло­жить несколько сот метров тру­бо­провода диаметром 100 мм от узла №… эстакады общезаводских коммуника­ций до цеховой печи риформинга и не позже 22:00 подать сырой  технологический воздух внутрь печи (для того, что бы удержать внутри плюсовую температуру).

С.П.Кравченко, к моему удивлению, вместо того, чтобы возразить (работа не была связана с автоматизацией и её должна была выполнить мехслужба под руководством технологов), сказал: «Есть», коротко мне кивнул и, повернувшись через левое плечо, вышел из комнаты. Догнав его уже на лестнице, спросил: «Сергей Павлович! Почему Вы не возражали? Это не наша работа, а ведь нам предстоит большой объём собственной работы и её за нас никто не сделает». Получил чёткий ответ:  «У нас – беда. Нашёлся человек, который взял на себя отвественность решать, как с нею справиться. Мы должны ему помагать, чётко выполняя его указания. Поэтому бери бригаду монтажников, трубы и – на эстакаду. К 22:00 вряд ли успеете, но к 24:00 – обязательно. А завтра, в 8:00 приступишь к основной работе: предпуско­вой ревизии и наладке автоматики».

Но в спокойной обстановке Сергей Павлович никогда не приказывал: «Делай, как тебе сказано» (чем постоянно грешили и грешат многие руководители), а объ­яснял, почему избраны именно такое решение и такой способ его реализации. Все­гда был готов выслушать возражения и предложения других решений. Соглашался с доводами подчинённых, если они были ве­сомы, изменял принятое решение и, похоже, радовался тому, что это случается всё чаще.

Посоветоваться с Сергеем Павловичем можно было и по другим, не связаными с производством, вопросам. Посоветоваться и услышать чётко ар­гументи­рованное мнение. До сих пор (четверть века спустя) помню, что ко­гда моя старшая дочь готовилась поступать в институт, то именно к Сергею Павловичу обратился за советом - какую специальность избрать из четырёх смежных: «Программирова­ние», «Системотехника», «Авиаприборы и авто­матика» или «Метрология». Ответ – «Системотехника». Прошедшие годы, её научная степень доктора и резуль­таты исследований, публикуемые в западно­европейских журналах с весомым им­пакт-фактором, подтвердили обоснованность совета-прогноза.

При этом Сергей Павлович был строгим и требовательным руководите­лем, умел спросить с нерадивых сотрудников, а в необходимых случаях и наказать ви­новных. Но такое случалось крайне редко, может и потому, что такие люди либо изменялись к лучшему, либо уходили. Никогда С.П.Кра­вченко не наказывал под­чинённых только потому, что этого требует директор. Наоборот, он делал всё для того, чтобы защитить подчинённого от гнева вышестоящих (осо­бенно – несправедливого). А хороших работников (а не угодников) Сергей Павло­вич поощрял и продвигал по служебной лестнице.

Стремительно летели годы и десятилетия жизни С.П. Кравченко. Они не только добавляли знания и опыт, но и отнимали здоровье,  на котором отрицательно сказались и десять армейских лет с двумя войнами, и работа в условиях зага­зо­ванности, и серьёзные дозы облучения, полученные при внедрении первых радио­активных приборов. В 1989 году С.П.Краченко  (как и учил своих дочерей), оставив свой пост по состоянию здо­ровья, ещё два года проработал заместителем главного метролога и вовсе ушёл на пенсию.

Сергей Павлович был очень скромным человеком, занимая ответственные по­сты (и остался таким же скромным, уйдя на пенсию). Никогда не слышал от него фронтовых рассказов (что было свойственно некоторым другим фронто­викам). Ис­клю­чением, за четверть века нашего близкого зна­комства, были два кратких рас­сказа об опыте, полученном им в воен­ные годы. Один, о ко­рейской войне – приведён в начале очерка; второй – о немецком автомеханике, научив­шем в 1945 году молодого солдата Кра­вченко (а он – своих дочерей и учеников), почему нужно работать добросовестно, «как положено», или никак, даже если за­казчики (Сергей со своим ротным) требуют: «Сделай как-нибудь, но быстро».  Ведь есть опасность разучиться делать «как положено» и привыкнуть делать «как-нибудь».

Его скромность появлялась в быту не только в далёкие 50-е годы ми­нувшего века (вспомним столь долгое «скоро» в ожидании комнаты в Северодонецке). Но и в недавние 90-е, когда он (фронтовик двух войн, кавалер двух боевых медалей, орде­нов «Отечественной войны» и «Знак почёта», имея ранения, полученные в боях, и множество бо­лезней) наотрез отказывался оформлять статус инва­лида войны и запретил помогать ему в этом.  А ведь этот статус дал бы прибавку к очень скром­ной пенсии и не­большие бытовые льготы. Говорил: «Я и так про­живу».

Семнадцатого апреля 2000 года сердце старого солдата и большого тру­женика Сергея Павловича Кравченко остановилось навсегда.  Но пока живы  мы – его уче­ники, будет жить и память о нашем Учителе, замечательном Человеке, прекрасном Руководителе и великом Инженере.

Е.С.Черноног,


слесарь, мастер, начальник отделения автоматизации СПО “Азот“


 Авторское право Е.С.Черноног, перепечатка без согласия автора запрещена
Поставить ссылку в соцсети
Рекомендовать этот материал

комментарии

2014.01.07 | svsever
Хочу воспользоваться предоставленной возможностью разместить комментарий к статье Е.С.Чернонога. Мне интересны события тех лет, свидетелями и участниками которых были мои родители. Родившись после оккупации и спустя одно десятилетие, мы жили в новых домах Нового городка (ныне г.Алчевск), ходили в новые сады, школы, посещали дворцы, театры, стадионы, прогуливались в парках, скверах, на широких проспектах и благоустроенных улицах и площадях. Сравните с двумя последними десятилетиями и вы почувствуюте разницу времен. Но прежде хочу выразить благодарность автору, представившему нам образ замечательного человека и ритмы жизни его поколения. Любопытным мне показался эпизод с немецким автомехаником, который объяснил молодому солдату Кравченко разницу между работой "как-нибудь" и "как положено". Родители рассказывали, что после войны отец работал над созданием памятника Победы на франтоне кинотеатра "Металлург" в г.Ворошиловске с ефрейтором и архитектором по специальности Генрихом Кухельройтером. Для демобилизованного советского авиамеханика, временно командированного на метзавод и принявшего решение остаться в городе, жениться и освоить новую специальность. Для подтверждения квалификации мастера лепного производства требовалось время. А для поддержки семьи - наличие какого-то заработка. Где и как заработать деньги молодому лепщику подсказал опытный немец: "Василий, ты хорошо лепишь. Делай гипсовые фигурки и неси их продавать на рынок". Так семья продержалась до первой зарплаты. Кстати, появился в нашем городе металлургов совместный памятник в честь Победы над фашизмом с участием советского сержанта и немецкого ефрейтора. Юрий Ткаченко


Чтобы поместить сообщение или комментарий вам нужно войти под своим логином  »»