Сегодня в Северодонецке
(газета "Третий сектор", on-line — приложение)
версия для печати

Точка зрения: Томос мира или Томос войны?

Выскажу свое мнение: в Украине должна быть автокефальная православная церковь. Но не для того, чтобы власть демонстрировала избирателям свою «очередную победу» в гибридной войне против России. Напротив, ради гражданского мира - дабы объединять в единой церкви православных запада и востока страны.

Увы, пока что события развиваются так, что результат получения церковью Томоса от Константинопольского патриарха будет скорее обратным - Украина получит еще один очаг противостояния между русскоязычным юго-востоком и украиноязычным западом. Для ответа на вопрос: «Почему?» - некоторый экскурс в историю.

 

Первый конфликт между константинопольской и московской церквями

 

Из-за оголтелой пропаганды эта мысль может показаться неожиданной, но вовсе не Украина является яблоком раздора между Русской православной церковью (далее - РПЦ) и Константинопольской православной церковью (далее - КПЦ), спорадически обостряющийся конфликт между ними продолжается уже шесть веков. Заметим, что предмет раздора – это вовсе не вопросы веры. Хотя различия между греческими и московскими обрядами весьма велики, и, казалось бы, есть основания обвинять друг друга в ереси. Но ожесточенная борьба идет не вокруг «символов веры», а только за передел территорий, которые эти церкви «окормляют». И с которых «кормятся».

Православие Русь приняла из рук Византии - в 988 году константинопольский патриарх Николай ІІ Хрисоверг прислал для крещения князя Владимира святителя Михаила с монахами. Ведь для совершения таинства крещения киевлян в Почайне недостаточно было воли князя, нужны были клирики, священнослужители, совершающие обряд. Михаил и стал первым митрополитом Киевским и всея Руси. Напомним, что Киевское княжество в то время объединяло как земли нынешней Украины, так и земли нынешней России, так что история появления православия на этой территории в равной степени относится к двум странам. Первые три столетия митрополиты киевские, назначаемые византийскими императорами и константинопольскими патриархами, располагались в «стольном граде Киеве». До нашествия монголо-татар, которые в 1240 году разорили столицу Киевской Руси.   

Именно по причине разорения Киева в 1299 году митрополит Киевский и всея Руси Максим перенес резиденцию во Владимир-на-Клязме. А через четверть века следующий митрополит Петр перенес ее уже в Москву. Что сыграло решающую роль в последующем становлении Москвы, как центра российского государства.

Между тем в XV веке земли Киеской Руси оказались разделенными между великим княжеством Московским и великим княжеством Литовским, и московские князья все чаще требовали, дабы митрополит, располагающийся в Москве, назначался с учетом их пожеланий. А константинопольские патриархи эти пожелания часто игнорировали. Что и стало причиной первого крупного конфликта между (будущей) РПЦ и КПЦ. В 1433 году константинопольский патриарх отказал московскому князю в назначении митрополитом Киевским и всея Руси рязанского епископа Ионы, рукоположив вместо него Герасима - ставленника литовского князя. А затем грека Исидора – участника и одного из организаторов Флорентийского собора (там речь шла об унии каталитической и православной церквей). По приезду в Москву в 1441 году Исидор был арестован. Ему удалось бежать из-под ареста, но больше ни в Киеве, ни в Москве он не появлялся. А в 1448 году собор восточно-русских епископов без согласования с константинопольским патриархом назначил митрополитом Киевским и всея Руси Иону. Все последующие после Ионы митрополиты избирались (назначались) в Москве и носили титул митрополитов Московских и всея Руси. А в 1458 году константинопольский патриарх реформировал свой восточный экзорхат - образовал новую Киевскую, Галицкую и всея Руси митрополию, в которую вошли Киевская, Брянская, Смоленская, Полоцкая, Туровская, Луцкая, Владимир-Волынская, Брестская, Перемышльская, Галицкая и Холмская епархии.

Тем временем положение самой КПЦ существенно ухудшилось в 1453 году, когда Константинополь был захвачен турками-османами; церковь запрещена не была, но была обложена налогами. И стала нуждаться в деньгах и в защите. Московское княжество, напротив, превратилось в самое большое в мире православное государство. 13 июля 1588 года константинопольский патриарх Иеремий ІІ прибыл в Москву, где почти год проводил переговоры о получении финансовой помощи. Некоторые историки утверждают, что столь долгое пребывание патриарха в Москве не было добровольным. Однако финансовая помощь ему была предоставлена. Не безвозмездно - по настоянию Бориса Годунова в мае 1589 года Иеремий ІІ провозгласил Московского митрополита Иова патриархом, а русскую церковь признал патриархатом. Так в мировом православии появился пятый патриархат. При этом была достигнута договоренность, что Киевская метрополия остается в юрисдикции Константинопольского патриархата.

В феврале 1593 года собор в Константинополе, в котором принимали участие патриархи Константинопольский, Александрийский, Антиохийский и Иерусалимский, утвердил введение патриаршества на Руси и разделил диоцезы для каждой из пяти патриархий. Вот так победой Москвы завершилось первое ее открытое столкновение с КПЦ. Но в чем прав нынешний константинопольский патриарх Варфоломей, так это в том, что решением об автокефалии РПЦ в ее юрисдикцию не передавалась территория современной Украины, она оставалась в юрисдикции константинопольской церкви.

О терминологии: в греческой церкви термином диоцез обозначают всю территорию, находящуюся в юрисдикции той или иной поместной церкви. В московской церкви для этого используют другой термин – каноническая территория.  Эти термины увязывают с Посланием Павла к римлянам (15:20) «Притом я старался благовествовать не там, где [уже] было известно имя Христово, дабы не созидать на чужом основании», что в православии увязывают с запретом рукополагать вне своей епархии.

Поместная церковь – это автокефальная или автономная часть вселенской церкви в пределах независимого государства. Автокефальная церковь не является ни иерархически, ни административно частью другой Православной Церкви. Статус автономии отличается от автокефалии тем, что предстоятель автономной Церкви после избрания должен быть утвержден патриархом одной из автокефальных Церквей. Так, Московский патриарх избирается собором РПЦ, а митрополит Киевский – избирается собором УПЦ и утверждается Московским патриархом.

 

Установление РПЦ контроля над Киевской митрополией

Созданная в 1458 году Киевская, Галицкая и всея Руси митрополия прекратила существование в 1595 году, когда большинство ее клира приняли Брестскую унию, образовав Русскую униатскую церковь с центром в Киеве. Через четверть века, в 1620 году, православная митрополия Константинопольского патриархата на территории Речи Посполитой была восстановлена, ее кафедра тоже располагалась в Киеве.

После перипетий освободительной войны в Украине большая часть ее территории отошла к России, после чего начался процесс поглощения РПЦ уже существующих православных приходов. В частности, 29 июня 1685 года на собрании украинского духовенства в Софийском соборе митрополитом киевским без согласования с КПЦ был провозглашен Гедеон. После чего послы московского патриарха и русских царей обратились к патриарху константинопольскому с просьбой передать киевскую митрополию под управление московского патриарха. В КПЦ считали такую передачу не канонической, но послы предварительно заручились поддержкой великого визиря Османской империи. К тому же КПЦ действительно не имела никаких рычагов влияния на приходы, располагающиеся на территории Московского царства. И 5 июня 1686 года константинопольский патриарх Дионисий IV Серогланис вручил царским послам грамоты, по которым передавал управление Киевской митрополией Московскому патриархату. За что получил 200 золотых и 150 соболей. Ни о каких сроках, на которые РПЦ передается управление киевской митрополией, в грамотах речь не шла. Заметим, что решение вопросов за взятки было византийской традицией во все времена.

Территориальная православная война ХХ века

Безусловное лидерство РПЦ в православном мире в начале ХХ века было основано, прежде всего, на государственном статусе православия в Российской империи. На территориях, которые включались в состав империи в результате колониальных войн, немедленно появлялись приходы РПЦ, и впоследствии РПЦ считала их своей канонической территорией. В результате к ХХ веку большая часть православных проживала в Российской империи. Кроме того, Россия и РПЦ имели возможность помогать другим поместным православным церквям, которые в то время все находились на территории Османской империи.

Напротив, Константинопольская церковь к началу ХХ века практически утратила значительную часть исторической территории – автокефалию получили некогда входившие в ее состав Элладская, Сербская, Болгарская, Албанская и Румынская церкви. Сегодня общепризнанная в православном мире территория юрисдикции КПЦ – Турция и небольшая часть Греции. А в результате этнических чисток в Малой Азии (т.н. «великая катастрофа» 1923 года), когда практически все греческое население было вырезано или бежало из Турции, КПЦ потеряла и основную массу прихожан. На сегодня в Турции проживают только 5 тысяч православных.

Спасительный выход для умирающего константинопольского патриархата нашел патриарх Мелетий IV - в агрессивной экспансии церкви за границы территории своей юрисдикции. В марте 1922 года патриарх Мелетий IV издал Томос о праве Константинополя на управление всеми православными приходами, находящимися вне пределов поместных церквей. Обоснованием послужило 28-е правило IV Вселенского собора – в весьма расширительной его трактовке. Подход оказался эффективным, тем более, что церковь, по сути, пошла следом за эмигрировавшими из Турции греками.

Другим направлением территориальной экспансии КПЦ стало установление в явочном порядке контроля над православными церквями в странах, которые по итогам Первой мировой войны вышли из состава Российской империи.

13 марта 1923 года Мелетий IV, ссылаясь на неканоничность передачи в 1686 году части Киевской метрополии, Томосом утвердил титул Митрополита Варшавского и Волынского и всей Православной Церкви в Польше и священно-архимандрита Почаевской Успенской лавры. Правда, следующий патриарх даровал Польской православной церкви автокефалию.

6 июля 1923 года Мелетий IV выдал Томос на дарование автономии финляндской церкви, изменив ее название - Финляндская архиепископия Константинопольского патриархата. С этого времени в Фанаре (резиденция константинопольского патриарха) Финляндию считают территорией своей юрисдикции. В РПЦ, в состав которой Финляндская церковь входила на правах автономии, этот Томос не признали (и не признают в настоящее время), считая его не каноническим.

7 июля 1923 года Мелетий IV Томосом принял в свою юрисдикцию эстонскую православную церковь.

А 17 февраля 1931 года в юрисдикцию константинопольского патриарха «были приняты» русские православные церкви в Европе. Которые, правда, в большинстве своем - не принялись. И остались в Русской православной церкви за границей независимыми от Фанара, а в настоящее время остаются самоуправляемой частью РПЦ.

Заметим, что в 20-30 годы ХХ века у РПЦ не было особых возможностей для защиты своих «канонических территорий» - в это время церковь в СССР подвергалась гонениям. Отношение к ней  изменилось в годы Второй мировой войны. И в результате территориальных изменений, произошедших по итогам Ялтинской конференции, РПЦ восстановила свои позиции в Эстонии и Польше, учредила экзорхаты над православными церквями в Чехословакии (ранее подчинявшейся Сербской православной церкви) и в Молдавии.

Третий этап территориальных войн между КПЦ и РПЦ начался с распадом СССР и по времени совпадает  с восшествием на константинопольский патриарший престол Варфоломея –  Фанар пытается «отбить» (или уже «отбил») у РПЦ контроль над церквями Эстонии, Польши, Чехии, Украины.

Одновременно Константинополь все настойчивее предлагает себя на роль главы православного мира, и видит своего патриарха в роли «Восточного папы». В КПЦ отрицают право какой-либо другой поместной церкви выдавать Томос на автокефалию или автономию других поместных церквей, в частности не признают каноничность решений РПЦ о предоставлении автокефалии Польской (1949 год), Грузинской (1943 год), Чешской (1951 год), Американской (1970 год) церквям. А в своей речи на синаксисе (соборе) в Стамбуле 1 сентября 2018 года Варфоломей утверждал, что только Константинопольский патриарх имеет право на решение проблем православного мира. Что в РПЦ расценили как ересь. Варфоломей также утверждал в своей речи, что только он может быть церковным судьей, и обозначил желание пересмотреть анафему РПЦ Филарету. С этим также вряд ли согласятся у Кирилла, и такое решение Фанара вряд ли приведет к прекращению оглашения анафемы Филарету в русских церквях.

Учитывая, что начиная с константинопольского патриарха Афинагора (его назначение активно поддерживали США с целью уменьшения влияния РПЦ на греческое православие) в противостоянии Фанара и Москвы обозначился и геополитический вектор, можно ожидать дальнейшего обострения противостояния КПЦ и РПЦ. И оно не обязательно закончится лишь прекращением канонического общения, как это заявляют в УПЦ КП. На мой взгляд, вполне возможно повторение событий 16 июля 1054 года, когда три папских легата в соборе Святой Софии в Константинополе положили на алтарь отлучительную грамоту, предающую анафеме константинопольского патриарха. Учитывая, что Русская православная церковь сегодня является одним из главных проводников «русского мира» за рубежом, анафемирование Варфоломея позволит РПЦ считать КПЦ схизматической церковью и строить свои храмы в любых странах мира, не оглядываясь на другие поместные церкви (кроме союзных). Усиливая в этих странах свое влияние. Ведь заграничные епархии РПЦ вполне могут играть для России ту же роль, какую для СССР играли зарубежные коммунистические партии. Роль агентов влияния.

При этом РПЦ на сегодня остается самой многочисленной православной церковью мира, в ее приходах служат 39,5 тыс. священнослужителей (включая УПЦ КП, Белорусскую, Молдавскую и другие заграничные церкви РПЦ). В то время как в Константинопольской церкви – 6 тыс. клириков, а во всех канонических церквях мира вместе – 79 тыс. Количество мирян РПЦ составляет почти 63% от их общего числа (вместе с Православной церковью в Америке), а КПЦ – 1,81%. На 1 января 2006 года Константинопольская православная церковь насчитывала 5255 тыс. членов, большая часть которых (2800 тыс.) проживали в Северной Америке, 1500 тыс. - в Европе, 800 тыс. - в Азии/Океании, 150 тыс. в Латинской Америке. По национальности это в основном греки, есть также русские, украинцы, сербы, болгары, албанцы, эстонцы, финны, арабы и др. В частности, в 1995 году константинопольский патриарх Варфоломей утвердил принятие всех православных украинцев в Диаспоре под свою юрисдикцию. К юрисдикции КПЦ сейчас относятся УАПЦ в Диаспоре, украинская православная церковь США, украинская православная церковь в Канаде. Иерархи двух последних и назначены Варфоломеем 7 сентября экзархами Константинопольской церкви в Киеве.

«Модельный» территориальный конфликт КПЦ и РПЦ

Следует заметить, что Константинопольские патриархи устанавливали свою юрисдикцию на «канонические территории» РПЦ в независимых от России странах только в тех случаях, когда о том просили правительства этих стран (кроме Чехии, где Фанар был участником конфликта 2013 года в автокефальной церкви без просьбы на то правительства). На сегодняшний день продолжает действовать Литовская епархия РПЦ и Латвийская и Молдовская самоуправляемые православные церкви в составе РПЦ.

По-другому развивались события в Эстонии, правительство которой обратилось к Константинопольскому патриарху с просьбой восстановить метрополию Константинопольского патриархата. Аналогичную просьбу направили от имени 54 из 83 зарегистрированных в Эстонии православных приходов. 22 февраля 1996 года патриарх Варфоломей издал указ о восстановлении Эстонской апостольской православной церкви (ЭАПЦ). Что привело к самому острому в истории православной церкви конфликту между поместными церквями.

23 февраля синод РПЦ признал действия Варфоломея раскольническими и приостановил каноническое и евхаристическое общение, патриарх Алексий прекратил поминовение Патриарха Константинопольского в службах. Параллельно шли переговоры, в ходе которых две церкви согласились, что в Эстонии будут действовать как приходы КПЦ, так и приходы РПЦ. Причем церковные общины сами имеют право выбирать, какой церкви принадлежать. 16 мая 1996 года КПЦ и РПЦ восстановили взаимоотношения. При этом РПЦ по-прежнему считает действия Варфоломея неканоническими.

В результате в Эстонии появилась еще одна сфера гражданского противостояния. К ЭАПЦ сегодня относятся 60 приходов, в которых служат 30 священников, они окормляют примерно 7 тыс. прихожан. В основном – этнических эстонцев. В Эстонской православной церкви Московского патриархата насчитывается 31 приход, в которых служат 45 священников. Количество прихожан около 100 тыс., это русскоязычные эстонцы.

Пример эстонского раскола особенно важен для Украины. Как пример того, к чему может привести получение украинской православной церковью автокефалии по пути, какой избрали Варфоломей и Порошенко.

Томос раскола

Развитие событий в Украине похоже на то, как развивались события в Эстонии 20 лет назад.

Вначале были некие неофициальные переговоры между Президентом Украины Петром Порошенко и вселенским патриархом Варфоломеем, о которых Порошенко рассказывал главам православных церквей Украины при личных встречах.

18 апреля 2018 года иерархи УПЦ КП и УАКЦ передали Президенту Петру Порошенко обращение к Вселенскому патриарху о предоставлении автокефалии. УПЦ, напротив, обратилась к Варфоломею с призывом отказать Порошенко в его ходатайстве.

19 апреля Верховная Рада Украины 268 голосами приняла обращение к Варфоломею, в котором призвала провести Общеукраинский объединительный собор под эгидой Вселенского патриархата и выдать Томос об автокефалии православной церкви в Украине.

27 и 28 июля в Киеве прошли два альтернативных многотысячных крестных хода к годовщине Крещения Руси, которые 27-го проводила УПЦ, а 28-го – совместно УПЦ КП и УАПЦ. В последнем принял участие Президент Украины.

31 августа состоялись безрезультатные переговоры патриархов КПЦ и РПЦ.

2 сентября 2018 года архиерейский собор Константинопольской церкви решил, что автокефалия украинской церкви может быть предоставлена без согласования с Русской православной церковью.

7 сентября Вселенский патриарх Варфоломей назначил экзархов в Киев, ими стали епископы украинских церквей в США и Канаде, которые находятся в юрисдикции КПЦ. Украинская православная церковь выразила по этому поводу протест.

14 сентября собор РПЦ постановил созвать Всеправославный собор для обсуждения ситуации в Украине, прекратил сослужение с клириками Константинопольского патриархата, а патриарх Кирилл прекратил поименование Варфоломея в службах.

15 сентября митрополит УПЦ МП Онуфрий заявил, что никаких встреч с представителями КПЦ проводить не будет, поскольку их приезд церковь не благословляла.

Из совокупности этих событий понятно, что ситуация в православной церкви Украины развивается по эстонскому варианту. Но в более радикальном варианте, без перспектив договоренности между Кириллом и Варфоломеем. Вероятный сценарий: Вселенский патриарх созывает собор некоей новой украинской апостольской православной церкви, в котором примут участие иерархи УПЦ КП и УАПЦ, и на котором изберут предстоятеля. Последний и получит Томос от Константинопольского патриарха – на автокефалию или автономию.

Вот только этот Томос не будет иметь никакой силы для Украинской православной церкви МП, она признает его неканоническим. Это ведь не государственное учреждение, которое можно закрыть указом Президента. Даже название УПЦ у нее нельзя будет отобрать, если не попирать закон. Более того, все церковное имущество, изъять которое в пользу новой церкви мечтают наиболее радикальные сторонники Томоса, на самом деле является имуществом многих тысяч православных громад, официально зарегистрированных в Украине. Так, северодонецкий Христо-Рождественский храм принадлежит вовсе не УПЦ, а религиозной громаде «Храм Рождества Христова», зарегистрированной 16.09.1991 года.

И, самое главное, нужно себе четко представлять, что приходы УПЦ по-прежнему будут объединять преимущественно русскоязычных граждан Украины, а приходы константинопольской церкви, в которую войдут УПЦ КП и УАПЦ – украиноязычных. Приходы УПЦ по-прежнему будут доминировать в восточной и южной части Украины, а новой церкви - в западной. Никакого единения православных Украине Томос Варфоломея-Порошенко не несет – только консервацию и обострение раскола в православии, усугубление противостояния в обществе.

Пожелание

Еще раз: в Украине должна быть автокефальная православная церковь. Хотя бы из соображений справедливости – такая церковь будет второй по численности прихожан. Но главное, Украине крайне нужны проекты, которые бы объединяли жителей Востока и Запада страны. Одним из таких проектов может быть единая православная автокефальная церковь. Церковь, которая появится не в результате победы запада над востоком, «патриотов» над «ватниками», а в результате объединения в ней всех, как равных, граждан Украины, исповедующих православие. Томос на автокефалию должна получить единая Православная церковь Украины, а не церкви Московской или Константинопольской юрисдикции. Решение об автокефалии могли бы принять совместно руководители поместных церквей на всеправославном соборе, раз уж КПЦ и РПЦ об этом вряд ли договорятся. На самом деле, это реально: приняли решение об автокефалии, уполномочили, к примеру,  патриарха Сербского провести всеукраинский собор, признали неприсоединившихся к единой церкви схизмой.

Кстати, 14 сентября 2018 года Польская православная церковь заявила, что для предоставления автокефалии украинской церкви нужно согласие всех поместных церквей.

Что касается многовековой войны Константинопольского и Русского патриархатов за территории, то почему Украине до этого должно быть какое-то дело?  Нам бы свою страну поднять!

Поставить ссылку в соцсети
Рекомендовать этот материал

комментарии

2018.09.17 | Антон
Одной церковью больше, одной меньше...
К сожалению, в 2013-2014гг. священнослужители в храмах РПЦ открыто призывали брать в руки оружие и идти против Украины (был свидетелем). Как должно государство реагировать на такое?


2018.09.22 | Svetikov
Были и такие, которые сами возглавляли вооруженные отряды своих прихожан. Таких надо привлекать к ответственности. Но конкретных клириков, а не церковь. В статье речь о другом: создание в Украине "греческой" православной церкви параллельно с "русской" православной церковью увеличит давно существующих раскол между востоком и западом страны.


Чтобы поместить сообщение или комментарий вам нужно войти под своим логином  »»