Сегодня в Северодонецке
(газета "Третий сектор", on-line — приложение)
версия для печати

Сергей Гайдай и другие «герои-спасатели»: пиар на огне?

Видео часто говорит не совсем то, что хочет сказать его автор. В своем видео, которое мы приводим, Вячеслав Шевчук хвалит пожарных. Которые «спасают область». Но видим мы другое: вдоль дороги от Боровенек до Замуловки на обочинах стоят 11 пожарных машин. С экипажами рядом. И они ничего не тушат, хотя в некоторых местах видно горение леса. Пожарные машины стоят, как на параде. Не видно только лицо, парад принимающее. Не верите - посмотрите видео!

Тот же Вячеслав Шевчук рассказывал, как в Александровку приехала колонна пожарных машин из разных областей Украины. Экипажи которых не знали, куда дальше ехать и что делать.

На пятый день лесного пожара было сосредоточено  более 300 единиц техники. Это по меньшей мере 1000 тонн воды, которую можно было бы вылить в очаги загорания в течение часа. А пожар тушили в основном авиацией, которая за 5 дней вылила на огонь чуть больше 2000 тонн воды. Вот такие парадоксы.

Последний подобный по площади горения лесной пожар был на Луганщине в 1996 году, тогда горело 20 тыс.га. И не было у нас пожарной авиации, да и пожарные машины были только свои, с области. А пожар был потушен за 3 дня. Сейчас самолеты, вертолеты, машины со всей Украины. А для тушения потребовалось 8 дней.

Именно тогда, в 1996, пожарные Луганщины наработали опыт тушения лесных пожаров на большой площади. Экипаж пожарной машины не должен спрашивать дорогу о прохожих, не должен сам решать, куда и по какой дороге ехать, какое загорание и какими средствами тушить – все это должен сообщить человек, который руководит тушением пожара. Как и то, где машину дозаправить водой, дабы быстро вернуться к месту тушения. Где заправиться топливом. А продукты питания и питьевая вода для спасателей от волонтеров, это дичь, свидетельствующая о полной некомпетентности людей, организующих тушение.

Спасатели – конечно герои. Они борются с огнем, спасают людей, рискуют жизнью. Но все остальное должны сделать их руководители, штабы. Знать, где и что горит (для этого существует сеть специальных наблюдательных вышек, да и дроны уже не редкость), спрогнозировать возможное направление распространения огня, рассчитывать необходимые для локализации и тушения пожара силы, определить, где машины будут заправляться водой и топливом. Ну и такие вещи, как питание и отдых спасателей – это тоже забота штабов, а не волонтеров. А по бюджетному кодексу в каждом местном бюджете есть резервный фонд, для выделения средств из которого достаточно нескольких часов. Для этого, собственно, резервные фонды и создаются.

Невыполнение этих функций должно квалифицироваться правоохранительными органами как преступная халатность. После большого пожара 1996 года руководители частей ГСЧС Луганщины все это прекрасно знают. Почему же не делали своевременно то, что должны были делать?  Почему после примерно 8 тыс.га, на которых произошло возгорание 30 сентября, уже после того, как на помощь пришли пожарные из других областей, площадь выгоревшего леса увеличилась до 22 тыс.га? Причин этого, по моей оценке, несколько.

Первая, что на самом первом этапе, 30 сентября, доминировал в организации борьбы с пожаром бонапартик, мало понимающий  в этом деле, но имеющий огромное самомнение. Увы, случилось это уже не в первый раз. В этом году уже был большой пожар, 6-7 июля 2020 года.

Тогда, при очень жаркой погоде и сильном ветре, 6 июля возник верховой пожар возле Осколоновки, входящей в состав Северодонецка. Который затем по сосновому лесу распространился к поселку Метелкино. Противостояли ему северодонецкие пожарные, работники северодонецкого лесоохотничьего хозяйства, коммунальных предприятий и органов местного самоуправления. Они знали, что и как делать. И с пожаром справлялись, утром 7 июля пожар был локализован перед Метелкино.

Увы, потом направление ветра поменялось, и пожар «пошел» в сторону Смоляниново. Тушением его «занялась» команда Сергея Гайдая, с его личным участием. И мы помним, как это было: пожарные машины, которые в разгар пожара стояли на выезде из Северодонецка. Горящие дома, которые ГСЧС не тушила – в машинах не было воды. Погибающие в огне люди, которых спасатели не эвакуировали. За все это никто не понес наказание. Более того, виновных наградили и отметили.

30 сентября все это повторилось в больших масштабах. Уже не было местного самоуправления в Северодонецке, и ресурсами города, которые могли быть направлены на спасение пригородных поселков, теперь распоряжался «бонапартик». Результат: не было в горящих Вороново и Сиротина ни одной пожарной машины, не была организована эвакуация людей. Цена – 9 жизней жителей Северодонецка и около 500 сгоревших или поврежденных домов.

Понесут ли виновные наказание в этот раз? Или снова будут награждены?

Вторая вероятная причина того, что пожар тушили так долго - уже первого октября выяснилось, что красоваться в камуфляже с мужественным лицом на телеэкранах, когда лояльные журналисты представляют тебя чуть ли не спасителем области – прекрасная возможность для самопиара. Сергей Гайдай сразу стал всеукраинской знаменитостью – большой бонус для человека с наклонностями нарцисса. Да и постоянное общение с киевскими властями по поводу тушения пожара – прекрасная возможность засветиться для будущего карьерного роста. Так что не было особого стимула спешить быстрее погасить очаги загорания. Может потому и стояли вереницы пожарных машин, не принимая участия в тушении горящего леса? А то, что в результате столь «активного» тушения площадь сгоревшего леса достигла 22 тыс.га, что больше потерь от пожара 1996 года, то кого в Луганской областной военно-гражданской администрации это волнует?

Третья вероятная причина – банальная  экономическая. Попытка некоторых  ура-патриотов раздуть истерию о диверсантах – сепарах – поджигателях, банальный фейк людей, желающих самоутвердиться на распространении межнациональной ненависти. А вот интересы «черных» лесозаготовителей  – это мотив реальный. Ведь теперь можно будет зарабатывать миллионы, вырубая тысячи кубометров сосны самым экономичным способом - сплошной вырубкой горельника. Понятно, что «труд» людей, дающих разрешения на такие вырубки, тоже будет щедро оплачен. Так что некоторые люди у нас экономически заинтересованы в том, чтобы пожаром было повреждено как можно больше леса. А как в областной власти, так и в городской сейчас нет людей, которые были бы мотивированы в обратном. Ведь военно-гражданские администрации – это временщики, которым безразлично отношение к ним избирателей - их не избирает местное население, а назначают другие чиновники.

Поставить ссылку в соцсети
Рекомендовать этот материал

комментарии

Чтобы поместить сообщение или комментарий вам нужно войти под своим логином  »»